Officeless Life

Как быть Джейсоном Борном: паспорта, швейцарские банки, пересечение границ

28

Тим Феррисс решил поделиться знаниями о том, можно ли быть невидимым для властей, не нарушая закон.

Лос-Анджелес. Середина июня 2008 года. Я сидел на диване в горящем неоновыми огнями ночном клубе и снова спрашивал:

— К чему это все?

Нил Страусс нервно осматривался вокруг, что казалось мне весьма странным. Все же мы близко общались уже два года. Он автор бестселлера NewYorkTimes «Игра» и других книг, а еще он один из первых, кто увидел перспективность в «4-часовой рабочей неделе» и поддержал мою идею.

— Что за шутки, чувак? Ты мне не доверяешь?

— Чувство вины. Неплохо. Используй его, — ответил Нейл. Но метод Вуди Аллена не сработал.

—  Я не могу позволить этой информации слишком рано распространиться. Я тебе доверяю, просто я параноик, — он поднял бутылку в честь невидимого собеседника и прикончил еще один RedBull. А я опрокинул шот в полной темноте.

— О чем ты пишешь, о 5 Флагах или про что-то новенькое?

Сердце Нейла екнуло, он смотрел на меня несколько долгих секунд. Он был поражен.

— Что ты знаешь о 5 Флагах?

Я был в теме 5 Флагов. Это новая книга Нейла «Аварийная ситуация», которая учит людей, как быть настоящим Джейсоном Борном.

Несколько паспортов, подвижные активы, отмычки, побеги, умение скрываться, в ней даже есть глава о том, как пересечь границу незамеченным (лучше всего это делать В МакАллен, Техас, страница 390). Это настоящая энциклопедия для тех, кто желает исчезнуть с радаров и стать истинным гражданином мира.

Я читал книгу пару месяцев назад, с тех пор не проговориться о самых интересных местах в ней — просто пытка. Потому что ее тема кажется мне невероятно интересной. Например, возьмем «геоарбитраж» в весьма широком понимании: 5 флагов. Впервые с подходом Пяти Флагов меня ознакомил мультимиллионер из Сан-Франциско. Но вот как описывает его Нейл:

«Согласно брошюре Шульца, чтобы выйти за рамки привычного гражданства, нужно следовать системе трех флагов. Система трех флагов подразумевает под собой завести второй паспорт, безопасно разместить активы в другой стране и открыть легальный адрес в налоговой гавани. Хилл добавил к этому четвертый и пятый флаг: выбрать базу для бизнеса в дополнительной стране и дополнить список страной, в которой приятно отдыхать и проводить время»

Я никогда не применял метод Пяти Флагов сам, но я немало размышлял о получении второго паспорта и бесконечных вариантах, которые он открывает. А Нил решился и воплотил метод в жизнь.

Я останавливаюсь в шлюзах аэропортов, а Нил — нет. Если ФКСД (*Федеральная корпорация страхования депозитов, США) рушится и банковские переводы блокируются (как было в Аргентине в 2002 году, когда из-за гиперинфляции рухнула валюта), то я сразу остался не при делах, а вот у Нила активы распределены более разумно.

Думаете, я считаю, что американские банки рухнут? Совсем нет. Я думаю, что разумнее иметь несколько запасных вариантов? Так и есть. Считаю ли я, что весело читать о том, что делают миллионеры и отмыватели денег, даже если я не повторяю за ними? Определенно.

Я рад, что могу на эксклюзивных правах впервые представить вам «Аварийную ситуацию». Прочтите эту книгу. Вас безусловно зацепят следующие отрывки. Многоточия означают пропущенные страницы.

Урок 22 — Унесенное Ветром руководство по защите активов

Если вы решите вывести все накопления, сделанные вами в жизни, и перекинуть их в Швейцарский банк, то что именно вы будете делать?

Теперь, когда я решил спрятать свои активы в оффшоре, информация о том, что государство отслеживает выводы средств и переводы выше $10000, тоже меня касается. И кажется невозможным вывести деньги из Американского банка в Швейцарский банк по рекомендациимоего юриста Спенсера, и не быть замеченным службами. Даже если бы я действовал постепенно, небольшими шагами, все равно за мной останется бумажный след с детализацией, сколько именно денег я перевел.

Так что я поступил так, как сделал бы любой находчивый американец: я купил книгу о том, как отмывать деньги.

В конце концов, тайный перевод денег —  это не преступление, покуда вы сообщаете о доходах куда следует и соблюдаете другие необходимые требования отчетности. И у меня не было намерений скрывать свои доходы от государства, таможни, кредиторов, я хотел защитить их от банковских крахов, инфляции, заморозки, исков. А для этого требовалось оставить при их переводе как можно меньше следов.

Защита своих денег переводом за рубеж — не новая идея. Даже в романе «Унесенные ветром» Ретт Батлер держал свои доходы в оффшорных банках, что и позволило ему купить дом для Скарлетт О’Хара после Гражданской войны, в отличие от других южан, которые потеряли из-за блокады, инфляции и финансового краха целые состояния.

Или вот более практический пример, я купил книгу Джеффри Робинсона 96-го года издания «Отмыватель денег». Я всегда задавался вопросом, как же пустые вbдеопрокаты, где можно взять фильмы на день за три бакса, держатся на плаву. И почему русские бандиты постоянно держат очевидно убыточные ларьки с замороженным йогуртом на пустынных улицах. Согласно Робинсону, все это затем, чтобы дать нелегальным деньгам легальное обоснование, мошенники будут медленно выводить эти деньги через кассы законного бизнеса.

«Почти невозможно обнаружить дополнительный доход в 500 баксов в дневной выручке, ведь на полках магазина стоит 15 тысяч кассет, — пишет Робинсон. — Никто также не будет подозревать, если какой-нибудь владелец с сетью из 20 видеопрокатов, в которых регулярно проводятся соответствующие проверки, наградит себя в конце года премией в $3960000».

Я искал ответ в книге Робинсона. Лучшим законным способом перевода денег оказалась покупка чего-то, что не теряет в ценности сразу после покупки. Например, на черном рынке люди переводят средства, покупая дорогие украшения, картины, часы, предметы коллекционирования, а потом продавая их в страну назначения совсем с небольшой потерей в деньгах. Обычно эта сумма не больше, чем процент, который взимает банк за перевод денег в новую валюту.

Так что как только частный швейцарский банк AIG перезвонил мне, согласившись со мной работать (в отличие от юриста Спенсера), я пошел прикупить редких монет.

Но если все так просто и законно, почему тут чудится какая-то ошибка?

Пока я ждал ответа от швейцарского банка, я посетил еще и Burbank, чтобы встретиться с адвокатами по защите активов, которых рекомендовал Спенсер — Тарасов и партнеры. Служащий провел меня в комнату, где висел черно-серебряный постер, на котором Алекс Тарасов сидел за большим столом из красного дерева, а перед ним лежал большой желтый линованный блокнот. Этим блокнотом он мог изменить мою деловую жизнь навсегда.

— Вы очень умно поступили, что пришли сюда, — сказал мне Тарасов.

Двадцать пять лет назад он, вероятно, был крепким парнем. Может, даже играл в университетский футбол. Но он четверть века провел за тщательным изучением юридических документов, что лишило его кожу и тело всех признаков здоровья.

— Мы переведем все ваши средства с вашего имени и скроем их от юристов, которые будут искать ваши деньги.

— Так что если они меня засудят и выиграют, то не смогут с меня ничего получить?

— Мы сделаем это для них крайне трудной задачей, они не смогут найти ваши деньги. Нельзя сказать, что это невозможно, но чем глубже мы спрячем активы, тем больше затрат потребуется, чтобы их найти. Так что потраченное на поиски время будет дороже стоимости активов, и это плюс для вас.

Как и сказал Спенсер, это было простое страхование. Это как защита от судебных исков.

— Так сколько у вас есть? — спросил он.

Я им все выложил: «У меня есть дом, за который я все еще плачу.  Есть несколько акций и облигаций, которые подарили мне в детстве бабушка с дедушкой. Есть счета для чеков и сбережений. У меня авторские права на мои книги, — я остановился, пытаясь припомнить, что же у меня есть. Я думал, что у меня было больше. — Я думаю все. У меня еще есть старый DodgeDurango и корвет 1972 года, но он больше не на ходу».

По правде говоря у меня не много было. Но с того самого момента, как я пошел на первую работу, где стоял над жарким грилем и готовил жареные бутерброды с сыром и омлеты, я начал откладывать понемногу на счет в банке. С тех пор я немало накопил, и смог бы прожить на эти деньги год или два, если наступят трудные времена или я захочу попутешествовать. Я не хочу терять своей свободы, которую обрел благодаря финансовой подушке и тому, что у меня нет никаких долгов, кроме выплат за дом.

— Вот что мы можем сделать, — сказал Тарасов. И затем он набросал диаграмму в его блокноте:

Палочкой был я, там были еще ящики, но я так и не понял что они обозначали.

— Это ящики, — пояснил Тарасов. И мне прочли лекцию «Защита активов для идиотов».
— Каждый ящик — это разные ООО — общество с ограниченной ответственностью. Если мы вложим все в ООО, а потом все эти ООО покупает управляющая компания, а потом управляющую компанию получает траст, которым вы технически не владеете. Вот вы и защищены.

Мне понравилось последнее слово. А все, что было до него, я не понял.

— Так что, вы просто берете и все усложняете? — спросил я.

— Это концепт. Мы даже дадим ваш дом отдельному ООО, так что если вы споткнетесь, никто все равно не сможет ничего у вас забрать.

Когда Тарасов подумал, что все объяснил, я уже не мог сказать, защищаю я себя от мошенничества или сам себя вожу за нос. Но я верил Спенсеру, потому что он казался таким богатым, умным и совершенным параноиком. Так что я указал Тарасову начать переводить все в ООО, пока туда не перетечет весь мой капитал за исключением наличных в кармане.

— Как только мы решим все с этими организациями, то сможем говорить об их передаче оффшорным корпорациям, — рассказывал Тарасов, когда я уходил.

Урок 54 — Секреты бежавших преступников

Келли Алвуд ни слова ни сказал, когда надевал наручники, заломив мне руки за спину. Открыл  багажник прокатной машины и велел мне полезать внутрь. Казалось, о его бритую голову можно разбить бутылку, а его зеленые глаза совсем не выражали эмоций. Плюс пистолет 32 калибра, свисавший с цепи у него на шее. Все это делало его человеком, с которым не хочется лишний раз встречаться.

Когда он захлопнул багажник над моей головой, исчезло голубое небо Оклахома-сити, и передо мной осталась только вызывающая клаустрофобию тьма, пахнущая ароматами нового автомобиля.

И я тут же запаниковал.

Я сделал глубокий вдох и попытался вспомнить, чему же я научился. Я подвернул правую ногу под себя насколько мог, постарался оттянуть мои скованные руки как можно ниже, пока не коснулся носков. Я спрятал внутри половину заколки, ее конец я вставил в замок наручников и начал проворачивать заколку в обратную сторону защелкиванию, пока наконец не освободился.

Когда я поворачивал свои запястья, я слышал быстрые щелчки, а когда наручники открылись, я услышал звук свободы. Я освободил руки и сделал открытие, которое не придет на ум людям, которых никогда не запирали в багажнике: у большинства машин на внутренней стороне багажника есть рычаг для открытия, который весьма удачно в этот раз светился в темноте. Я потянул за рычаг и передо мной разверзся спасительный свет.

— Тридцать девять секунд. — сказал Алвуд, когда я выбрался из багажника, — Не дурно.

Я поверить не мог, что такие курсы вообще существовали. За последние 48 часов я научился тому, как завести автомобиль без ключа, взламывать замки, скрыть свою личность, снять наручники,  избавиться от веревки и практически любого другого фиксатора движений.

Это были курсы «Городской побег и обход закона», в рамках которого я старался упорядочить свои знания по выживанию. Целью курса было научиться выживать в городе в качестве беглеца. Большая часть учеников были солдатами и контрактниками, побывавшими в Ираке или только туда собиравшимися. Они хотели научиться, как безопасно вернуться в Зеленую Зону, если они попадут во вражескую западню.

Курсы запустила компания onPointTactical. Как и большинство школ по выживанию, ее корни доходят прямо до Тома Брауна. Ее основатель, Кевин Рив, был директором Школы Следопытов еще за семь лет до того, как стал тренером морских котиков, спецназа, параджамперов, морпехов, снайперов и даже инструкторов для школ выживания. А его партнер Алвуд, охотник за головами, работал на ФБР и секретные службы, помогая ловить преступников из разряда особо опасных.

Когда село солнце, мы отправились на заброшенную свалку, где Рив учил нас использовать куски керамической изоляции свечей зажигания, чтобы расшатать окна автомобиля, пользоваться универсальными ключами, чтобы открывать автомобильные двери, заводить машины при помощи отвертки в замке зажигания.

Когда я смог открыть багажник доджа с моим новым набором универсальных ключей, я подумал, что это самые крутые курсы в моей жизни.

Во время вечернего барбекю Рив спросил меня, почему я записался на эти курсы.

— Я думаю, что для моего поколения все изменилось. Мы родились с серебряной ложкой во рту (*русский аналог фразеологизма «родиться в сорочке»), но теперь ее у нас отобрали. Большая часть из нас никогда не научится заботиться о самих себе. Так что я провел последние два года, пытаясь наработать навыки и знания, которые подготовят меня к туманному будущему.

Я никогда раньше об этом не говорил. Я просто реагировал на давление, которое все росло вокруг меня. Рив молча смотрел на Алвуда, пока я высказывался. На секунду я стал беспокоиться, что был слишком откровенен. Но потом он широко улыбнулся:

— Ты говоришь с правильными людьми. Мы сами так думаем. У Келли деньги разбросаны по всей стране, и еще в Европе.

Урок 28 — Какова вероятность того, что вы уже за решеткой

Сент Киттс, Малые Антильские острова, Карибское море.

Я превысил уровень трат более, чем в полумиллиона долларов всего за пару дней, а у меня столько денег даже не было.

И ради чего все это? Просто ради бумажки. Паспорт — это тонкий буклетик, который ничего не значит для Вселенной. По правде говоря, Земля с моей смертью вращаться не перестанет. А если и перестанет, все в Сент Киттсе будут также мертвы, как и в Америке.

Если бы случилась катастрофа меньшего масштаба, то на маленьком острове в Карибском море все было бы еще хуже. Скорее всего я бы стал жертвой нехватки продовольствия, засухи, ураганов, цунами. Там некуда было бы бежать, некуда было бы спрятаться на острове, тем более одном из самых мелких. Я был так поглощен поисками паспорта, что совсем позабыл уроки выживания, которые мне преподали Проблема-2000 и 9/11.

Вскоре все предприятие стало походить на самую большую пародию в мире. Если в Америке происходило что-то ужасное, поможет ли мне мой паспорт в Сент-Киттс в эти сложные времена? А если его конфискуют таможенные агенты? А что, если Виктор, Максвелл и Венделл сговорятся и кинут меня? Никто меня здесь не защитит.

Как только я до этого додумался, то начал сильно волноваться. Я начала бояться, что раскрою кому-нибудь свое имя или род занятий. Или что они погуглят меня и прочтут всю фигню, что я писал. Тогда они не сдадут мне комнату или даже не дадут мне гражданство. Случись что плохое, я бы просто застрял в Америке.

И так продолжалось целую ночь — одна волна беспокойства за другой, и большую часть времени я боялся, что не получу паспорт, а в оставшееся время боялся, что получу.

Я заснул уже на рассвете и проспал несколько судорожных часов, пока меня не разбудил сотовый. Мне наконец перезвонил частный банк AIG.

Мои небольшие сбережения таяли день ото дня, ведь доллар упал по отношению не только к евро, но и к карибской валюте. Я никогда не думал, что увижу тот день, когда восточные европейцы поедут в США ради дешевого шоппинга.

-— Я хочу открыть частный банковский счет, — сказал я женщине.

— Отлично, — ответила она с легким швейцарским акцентом. — Могу я задать вам пару вопросов?

— Конечно.

— Вы гражданин США?

— Да.

— Мы уже пару лет не работаем с гражданами США.

— Но мой друг Спенсер Бут — американец, и у него открыт счет у вас.

— Вероятно это давно открытый счет. Мы больше не ведем дел с гражданами Америки.  Простите, до свидания.

Прежде чем я успел ответить, она уже повесила трубку. Я почувствовал себя изгоем. Я поверить не мог, что банк откажется от денег только потому что я американец.

Я заметил, что многие из интересных мне банков вели особую политику в работе с гражданами США. Даже некоторые из интернет-компаний заявили, что больше не отправляют ничего в Америку, потому что таможня США открывает и конфискует посылки. Правительство везде сует свой нос.

Одновременно я выяснил несколько других интересных фактов: согласно Репортерам без границ, США занимает 53 третье место в списке самой свободной прессы в мире, как раз между Ботсваной и Хорватией. Согласно Всемирной организации здравоохранения, США на 54 месте по качеству системы здравоохранения, чье отсутствие системы страхования приводит к 18000 смертям в год, которые можно было бы избежать. По данным Департамента юстиции, один из 32 двух американцев был в тюрьме, на испытательном или условном сроке.

Вместо того, чтобы обретать настоящую свободу, мы подобно животным в зоопарке довольствуемся лишь иллюзией свободы. Пока мы не пытаемся сбежать из клетки, то и не понимаем, что не свободны.

Мне хватило этого телефонного звонка, чтобы понять, что я поступаю правильно.

И перед  походом домой я ужинал с Венделлом в ресторане под названием «Рыбацкий причал», и я благодарил его за помощь.

После еды он похлопал меня по плечу и улыбнулся.

— В следующий раз, когда мы встретимся, ты будешь гражданином Сент-Киттса и Невиса, прямо как я. Когда ты женишься, твоя жена тоже получит гражданство. А потом и ваши дети.

Он сел в свой внедорожник, завел двигатель, опустил окно и завершил свою мысль:

— Однажды, когда ты вернешься в Америку, никто тебя не узнает. Потому что ты будешь киттийцем.

Следующим утром в аэропорту Сент-Киттса я ощущал себя возвращающимся не в страну, а в крепость.

— В вашу страну трудно попасть, — сказала мне проверявшая мои документы девушка. — Во всяком случае нам.

Она посмотрела на меня и сказала громче, с ноткой яда, будто это была моя вина. «Нам туда очень трудно попасть».

И она была не одинока в своем мнении. В прошлом месяце был опубликован опрос от Discover America Partnership, согласно которому международные путешественники считают Америку самой недружелюбной для посещения страной.

— И потому, — сказал я ей, полный гордости, которой вдохновил меня Венделл. — потому я сюда и переехал.

Урок 59 — Исландия — это новые Карибы

Может быть, это случилось, когда брокерский дом Бера Стернса стал первым, который спасло правительство после Великой Депрессии.

Может, это случилось, когда IndyMac стал пятым американским банком, рухнувшим за последние месяцы.

Может, когда правительство наделило таможню властью конфисковать, копировать, анализировать все данные с ноутбуков, пересекающих границу.

Может быть это было непоколебимое ощущение, что худшее еще впереди.

Но я уже был не одинок.

Было жаркое лето, пессимизм просто витал в воздухе. Большинство людей, с которыми я говорил, ощущали, что тучи сгущаются, потому что никогда раньше ничего подобного не чувствовали. Потому что раньше они ни с чем подобным не сталкивались и не знали, чего ждать.

Даже сосед Спенсера Говард, который как-то высмеивал нас за принятие превентивных мер, теперь посматривает на Карибские острова. Вышло так, что когда его компания рухнет, ему придется спрятаться там от вероятного суда.

— Я так рад, что мы начали готовиться заранее, — поделился со мной Спенсер за ужином в Шато Мармон, где он остановился в Лос-Анджелесе.

Швейцарцы от меня отмахнулись, так что я воспользовался советом Спенсера и открыл счет в канадском банке, у которого был филиал в Сент-Киттс. Так как Канада и Сент-Киттс — часть Британского Содружества, то если что-то случится в Америке, оттуда будет легче всего получить доступ к своим деньгам. К сожалению, в процессе я понял, что хранить свои международные счета в секрете отныне незаконно. IRS требует, чтобы американцы с более чем 10 тысячами долларов на зарубежных счетах подавали годовой отчет, в котором бы была указана не только сумма денег, но и место их хранения и даже номера счетов!

Между тем, Спенсер следовал своему десятилетнему плану. Он начал интернет-бизнес в Сингапуре, что и позволило ему открыть частный счет в банке в стране, которая по его убеждениям становится новой Швейцарией. Хотя у него еще нет паспорта Сент-Киттс, Спенсер активно изучает вопрос покупки острова.

— Я присматриваюсь к островам на севере, вокруг Исландии, потому что там никому и в голову никого искать не придет, — сказал Спенсер, и его губы расплылись в самодовольной улыбке. — Если ко мне присоединится еще парочка миллиардеров, то мы сможем строить там подземные дома и пользоваться геотермальной энергией.

— А что насчет вашей подводной лодки?

— Это отличный способ путешествия между островами, оставаясь незамеченным, но у нас мало времени. Нужно действовать быстрее. Ведь это только начало.

— И насколько хуже все станет? — ведь Спенсер понимает экономику на более высоком уровне, чем большинство людей, хотя бы потому, что он знаком с массой людей, которые ей заправляют.

— Не думаю, что вся страна рухнет, но мы наблюдаем за самой страшной экономической катастрофой в Америке со времен Великой Депрессии. Меня больше волнует волна насилия, которая поднимется вслед за катастрофой.

Куда бы я этим летом не поехал, за мной следовал демон. «На всякий случай» — он нашептывал мне в ухо все громче и громче, а его челюсти все приближались к моей шее. Я многому научился, сильно изменился, многое о себе узнал. И теперь пришла пора прекратить готовиться и столкнуться с этим демоном — и моими страхами — лоб в лоб.

Добавить комментарий